Перейти к содержимому


Фотография

Герман Михайлович Матвеев (1921-2010)

124 СД

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 3

#1 marel1968

marel1968

    Полковник

  • Admin
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 8 625 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Город:Санкт-Петербург

Отправлено 05 Декабрь 2018 - 02:10

1 июля 1941 г.

№ 19
Из протокола допроса Г.М. Матвеева
[75], рядового 225-го отдельного саперного батальона,
в Тумском РО МВД Рязанской области

 

30 июля 1946 г.

п. Тума

Тумского района

Рязанской области

 

1946 г., июля мес. 30 дня, 10 час. 45 мин. Я, нач. Тумского РО МВД, допросил в качестве свидетеля

1. Фамилия – Матвеев. 2. Имя – Герман. 3. Отчество – Михайлович.

4. Дата рождения – 19/II-1921. 5. Место рождения – г. Березники Молотовской области.

6. Местожительство – ст. Песташинная Бельковского р-на.

7. Национ[альность] и гражд[анство] (подданство) – русский, гр-н СССР.

8. Паспорт – не имеет.

9. Род занятий – грузчик Куршинского МЛП.

10. Социальное происхождение – из семьи служащего.

11. Социальное положение (род занятий и имущественное положение):

а) до революции – отец до революции ничего не имел;

б) после революции – жили на жалование отца.

12. Состав семьи – в гор. Молотове мать – Суворова Валентина Павловна, ул. Светловская, д. № 15, кв. 2.

13. Образование (общее, специальное) – 7 классов и 3 курса нефтяного техникума.

14. Партийность(в прошлом и настоящем) – беспартийный.

15. Каким репрессиям подверался: судимость, арест, приводы и др. (когда и в качестве кого и за что):

а) до революции – нет;

б) после революции – не подвергался.

16. Категория воинского учета запаса и где состоит на учете – не состоит.

17. Служба в Красной Армии (красн. гвардии, в партизан. отрядах), когда и в качестве кого, отношение к воинской повинности – с апреля 1941 года по 1 июля 1941 г., т.е. по день пленения.

18. Служба в белых и др. к-р. армиях (когда и в качестве кого) – не служил.

19. Участие в бандах, к-р. организациях и восстаниях – не участвовал.

Об ответственности за ложные показания по ст. 95 УК предупрежден.

Показания обвиняемого (свидетеля):

В армию я был призван на действительную военную службу в апреле месяце 1941 года Кагановичским горвоенкоматом гор. Молотова.

Служил в 225-м отдельном саперном батальоне и строил вторую линию обороны в Волынской области, Гороховский район.

В плен к немцам попал 1 июля 1941 года в гор. Луцке (Западная Украина). В тот момент, когда я пытался выйти из окружения противника к своим войскам, но был задержан немецкими украинскими ставленниками, т.е. полицаями, и передан немецким войскам. За время нахождения в плену мне пришлось побывать в след. лагерях:

1)    Несколько дней в г. Луцке.

2)    В Польше, гор. Холм, до октября 1941 года, т.е. три месяца.

3)    Германия, Нейбранденбургский лагерь, с октября 1941 г. по ноябрь месяц 1942 г. Работал на аэродроме и в с/х.

4)    Германия, лагерь в гор. Борт, до декабря месяца 1942 г.

5)    Финляндия, лагерь у гор. Порн, до февраля месяца 1943 г.

6)    Финляндия, лагерь Пойкоярви, до октября мес. 1943 г. Работали в лесу, пилили дрова.

7)    Норвегия, лагерь Ставангер, до августа месяца 1944 года. Работали по бетонированию дороги на аэродромах.

8)    Норвегия, лагерь в гор. Гардемон, где был до конца войны, т.е. до капитуляции Германии. […][76]

Больше показать ничего не могу. Показания читал. Записано с моих слов правильно.

Матвеев

Допросил: Нач. Тумского РО МВД

майор[77]

Д. 3099. Учетное дело. Л. 9 – 10 об. Подлинник.[78]

 

[75] 13 сентября 1945 г. Г.М. Матвеев прошел госпроверку и был направлен в распоряжение командования 47-й УСД по 1-й категории. В настоящее время проживает в г. Перми. О пребывании в плену им написаны воспоминания, опубликованные в ж. «Федеральный вестник Прикамья». № 5-6. 2006.

[76] Опущены сведения о лицах, находившихся вместе с Г.М. Матвеевым в плену.

[77] Подпись неразборчива.

[78] Документ выполнен на типографском бланке и заполнен от руки.

 



#2 marel1968

marel1968

    Полковник

  • Admin
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 8 625 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Город:Санкт-Петербург

Отправлено 05 Декабрь 2018 - 02:12

НА ВЛАСОВСКИЕ ПОСУЛЫ НЕ КЛЮНУЛ
Прикрепленный файл  Матвеев.jpg   184,41К   0 скачиваний
Родители подарили мальчику   редкое имя «Герман» из любви к музыке. Оперы Чайковского «Князь Игорь», «Пиковая дама» и другие в семье Матвеевых знали и часто напевали. И детей своих – пять мальчиков, одна девочка - нарекли в честь любимых оперных героев и исторических деятелей: Игорь, Георгий, Глеб, Павел, Герман и Софья. Больше всех настрадался в жизни тот из братьев, кому досталось самое «немецко-звучащее» имя...
 
Герман Михайлович Матвеев (1921-2010) не очень-то любил говорить о себе. У него есть правительственные награды, в том числе медаль «За победу над Германией» и орден Отечественной войны II степени. Но только в последние годы   коллеги и знакомые узнали о военных страницах биографии этого заслуженного человека. Узнали, опять же, не из первых уст, а как бы «через посредника», которым стал лирический герой воспоминаний, написанных и изданных Матвеевым.
 
По специальности Герман Михайлович - горный инженер, по призванию - педагог и краевед. Являясь одним из «отцов-основателей» пермского краеведческого объединения, он  удостоен звания «Почетный краевед» - в знак выдающихся заслуг на ниве отечествознания. Г. М. Матвеев сыграл активную роль в создании музеев Пермского нефтяного техникума (который он сам окончил в 1948 году, ныне это колледж); а также музеев железнодорожного техникума, медицинского училища и Индустриального района г. Перми. В последние годы жизни он немало сил положил на изучение и составление своей родословной.
 
Его военная биография сложилась трагически. Собственно, она почти вся состоит из плена. Раньше говорить об этом было просто опасно, вот почему о своем участии в Великой Отечественной войне Герман Михайлович никому не рассказывал много лет. А рассказать-то хотелось, ведь он столько испытал в те годы, что не приведи Господь! И вот Матвеев написал небольшую книгу воспоминаний. Вышла она небольшим тиражом под названием «Записки Ивана Русских». Книга эта все-таки по характеру своему и содержанию автобиографическая. Матвеев хотел, чтобы правду о наших пленных узнали люди - вот его «сверхзадача». Все, что описывается автором книжки, все пережито им лично.
 
- Единственное отступление от биографичности я применил в своем повествовании, - признался Герман Михайлович, - в эпизоде, когда немцы бросали гранаты через окно помещения, в котором содержались пленные, и потом добивали раненых. Об этом случае мне рассказывал мой товарищ по плену, земляк, родом из Свердловской области. Тот самый, который и выжил, оставшись под горой трупов.
 
Вот если убрать этот эпизод про кровавую мясорубку, то, как считал автор, книгу можно переиздавать и использовать как документальное свидетельство о его судьбе и о судьбах сотен тысяч таких же, как, он, Матвеев, ставших узниками фашистских лагерей и попавших в плен, как правило, совсем не по своей вине...
 
***
 
Как он оказался на войне? В конце апреля 1941 года Герман Матвеев был призван в Красную армию. В составе команды в 35 человек от Кагановического РВК (ныне Дзержинского) он прибыл на Западную Украину в Волынскую область, Гороховский район, село Квасово для прохождения военной службы в 225 отдельном саперном батальоне. Кроме уральцев еще приехала команда в 75 человек из Сибири. В батальоне находилось два взвода старослужащих, доукомплектовывали мобилизованными местными жителями. В таком вот составе встретили агрессора. Только и успел Матвеев, что пройти карантин, новобранцам даже оружие пристрелять не удалось. На винтовках дореволюционного образца прицельная планка имела насечки с показателями в саженях, а Герман не знал, сколько это (русская мера длины сажень -2,2 м). Присягу Герман Матвеев принял 22 июня 1941 года - день в день. Под грохот обстрелов и вой фашистских бомбардировщиков... В «Записках Ивана Русских» он так описывает свой первый боевой опыт:
 
«..Лихо мы пошли на прорыв с «Ура-а-а-а». О смерти где-то далеко в мозгу мелькнула мысль. Но вот сейчас я удивляюсь, почему подумалось тогда: или убьют, или буду живой, а других вариантов в мыслях не появилось. Может, просто не было времени об этом думать. Потом запомнилось какое-то любопытство встретиться в штыковой атаке и дать фрицам вкусить русского штыка. На силу свою я надеялся. В руках винтовка со штыком. А еще, когда я раньше занимался боксом, то привык видеть глаза противника. Обстрел меня не пугал. Все рвались вперед...»
 
***
 
Выходя из окружения, красноармеец Матвеев попал в плен, случилось это 1 июля под Луцком (Западная Украина). Всего неделю повоевал. В плену он оказался, как и многие, после ранения. Его контузило близким взрывом, очнулся от резкого немецкого окрика. Сбежал один раз, но выбраться к своим Матвееву не удалось: его схватили и сдали немцам украинские полицаи.
 
***
 
Так началась его долгая война в условиях неволи. За четыре года после Луцка в его жизни было столько лагерей... В Польше, Германии, Финляндии, Норвегии... К концу войны Матвеев был форменным «доходягой», весь опух, сил не было не то что работать, даже передвигался с трудом. Сползет с нар, чтобы баланду свою взять, и все. После освобождения ноги были опухшие больше года. Оказавшись в неволе, Матвеев (Иван Русских) предается мучительным размышлениям:
 
«...Кто я? Изменник? Трус? Но я не изменял Родине и никогда не сделаю этого, хотя некоторых изменников здесь видел. Я не боюсь умереть, хотя очень хочется жить и дотянуть до победы. Я должен был драться до последнего патрона, последний оставить для себя. Воюя в обороне, конечно можно определить, когда будет последний патрон и когда нужно стрелять в себя, чтоб не попасть в плен. А если дан приказ, во что бы то ни стало прорваться из окружения, то его нужно выполнять. Где тут оставлять последнюю пулю. Кроме того, к винтовке дан штык. Кто же посреди боя будет стреляться, когда еще есть надежда прорваться и, значит, выполнить приказ. А застрелиться - значит раньше выйти из боя, как дезертиру подвести товарищей. Наверное, не всегда нужно думать о последней пуле, а драться, пока можешь. Рассуждать хорошо сейчас, задним числом, тогда было не до этого».
 
О мытарствах и лишениях человека, которого не считали человеком (особенно советского пленного) Матвеев написал очень впечатляюще. Он  сохранил бирку № 81190 - все, что нужно было знать о пленном.
 
 После освобождения Герман Матвеев (как и герой его записок «Иван Иванович») успешно прошел проверку на станции Суслонгер Марийской АССР в отделе "СМЕРШ" 47 учебной стрелковой дивизии 13 сентября 1945 года. Фильтрационная комиссия приняла решение: "Считать проверенным и направить в распоряжение 47 УСД по I категории". Так по своему состоянию служить он не мог, а по возрасту демобилизации не подлежал, то его направили в Рязанскую область, Тумский район. Там в Куршинском мехлесопункте треста "Рязлеспром" его поставили работать... грузчиком. Отгружали рудничную стойку для восстановления шахт. Матвеев называет свое назначение «передним краем борьбы с разрухой». Вполне в духе времени.
 
Наверное, доля везения в такой судьбе есть, можно и так сказать. В его случае разобрались по справедливости, он не «загремел» в советские лагеря, как многие его сотоварищи по несчастью. Может быть, потому, что в комиссии по фильтрации военнопленных с Матвеевым беседовали бывшие фронтовики. А если б допрашивали другие, то услали бы, скорее всего, куда подальше...
 
-Плен мне, однако, еще долго аукался, - рассказывал ветеран. - Многие годы я был «под колпаком» у органов, то есть, под негласным наблюдением. Я ощущал это и во время командировок.
 
То, что его подозрительность была не лишена оснований, подтверждают документы, сохранившиеся в бывшем партархиве (ГАНИ).  Например, «Установка» УКГБ по Молотовской области. По заданию требовалось: «…установить образ жизни Матвеева Г.М., его поведение, связи и их характер, как проводит свободное от работы время, личные и деловые качества, соседей по квартире».
 
Шел декабрь 1955 года. Кого-то начинали реабилитировать, а за Матвеевым - он тогда работал преподавателем в нефтяном техникуме - наблюдали...
 
***
 
И все же, несмотря на то, что в мирное время Матвеев жил почти с постоянным чувством опаски,  настороженности, он не испугался пойти на контакт с норвежской журналисткой. Та  хотела написать репортаж о Советском Союзе, заехала и в Пермь. Матвеев передал ей свои воспоминания о времени пребывания в норвежском лагере. Время было еще советское, за такие самовольные контакты с иностранкой можно было и поплатиться.
 
***
 
В этом эпизоде отчетливо проглядывает, мне кажется, алмазная грань истинно «матвеевского характера», общественный темперамент был присущ всем представителям этого известного пермского рода. Размышления Германа Михайловича о феномене предательства представляют немалый интерес особенно сейчас, когда попытки пересмотреть историю войны встречаются в прессе все чаще. Да что в прессе – даже в учебных пособиях!
 
Матвеев вспоминал, как в конце войны в лагерь к советским пленным зачастили власовцы. Агитировали вступать  в так называемую «Русскую освободительную армию» (РОА). Пугали репрессиями, которые начнутся для них после возвращения в Россию. У вас, мол, сейчас четыре ряда «колючки», а будет шесть - и все в таком роде. На тот момент в лагере человек триста было русских, советских. Почти половина ушла к власовцам. Уходили,  чтобы спасти свою жизнь.
 
Матвеев на власовские посулы не клюнул, и вот почему:
 
-Они уходили, потому что хотели выжить, надеясь на то, что против своих им уже не придется воевать, ведь война кончается. Я не мог себе этого позволить, не мог предать память деда. Никто не знал об этом, просто я так решил.
 
При чем тут дед, спросите? Дед его был пермской знаменитостью. В честь Павла Матвеева -  общественного деятеля, педагога, защитника народных интересов - и улица была названа (ныне ул. Революции).   Герман Михайлович часто его вспоминал. Даже книжку написал о нем (в соавторстве с журналистом В. Гладышевым), для серии «Замечательные люди Прикамья».  Не увидела свет  книга,  помешал целый ряд обстоятельств. Тут и  развал книжного издательства, и радикальная смена ориентиров в обществе, в результате чего вместо замечательных людей на арену вышли некие vip-персоны…
 
Так вышло, видимо, что в трудную минуту  для Германа Матвеева в личности деда воплотилась сама Родина. В  «Записках Ивана Русских» (Пермь, 2001) есть прямое публицистическое обращение автора к своему читателю:
 
«...Кто прочтет это, помни. Помни всегда, что это было; мне довелось видеть, что советский солдат умирал не только в схватке, но и распятым на изгороди из колючей проволоки, умирал обессиленный, добиваемый палками и пинками...»
 
Высказавшись сполна, ветеран словно облегчил душу - в надежде на понимание памятливых потомков.
 
А бюст деда (П. А. Матвеева), когда-то вылепленный скульптором для краеведческого музея, до сих пор хранится в комнате его любимого внука Германа.
 
 
 
Владимир Гладышев


#3 marel1968

marel1968

    Полковник

  • Admin
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 8 625 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Город:Санкт-Петербург

Отправлено 05 Декабрь 2018 - 02:15

Житие Ивана Русских (Герман Михайлович Матвеев)
Природа мудра. И всегда права.
Прикрепленный файл  Матвеев_1.jpg   66,25К   0 скачиваний
С течением времени она сглаживает, приглушает, отодвигает в дальние глубины памяти воспоминания о бедах и несчастьях, о боли и страданиях, пережитых человеком, но никогда не стирает их полностью, при условии, разумеется, что мозг не повреждён и не имеет патологических возрастных изменений. Проходят годы, а то и десятилетия, когда человек решается поделиться пережитым с другими людьми. А есть и те, которые считают своим долгом донести до потомков «всю правду» о времени и о себе. Даже если это горькая правда.
 
К очень болезненной теме относятся воспоминания о пребывании в фашистских лагерях. Их крайне мало. Огромную ценность представляют те воспоминания, которые созданы по дневниковым  записям, сделанным  в неволе (это вообще величайшая редкость!), и те, что начаты сразу же после окончания Великой Отечественной войны. Так, с 1947 года и более полувека работал над воспоминаниями  известный пермский библиофил, краевед и коллекционер Михаил Александрович Луканин (1911-2003), лишь в 2003 году, за несколько месяцев до смерти решившись издать свою книгу мемуаров «Там, в Финляндии…» о своей трагической одиссее в фашистском плену.
 
На два года раньше – в 2001-м – опубликовал книгу о мытарствах в фашистской неволе его собрат по несчастью Герман Михайлович Матвеев [1], прошедший через ад нацистских лагерей, в том числе, как и М. А. Луканин через лагеря в Финляндии и Норвегии. И ад этот был реальный,  пострашнее того, что описан Данте Алигьери в «Божественной комедии». Надо сразу сказать, что Герман Михайлович, как и мой отец, тоже хлебнувший лиха в немецком плену, до конца своих дней находился под «опекой» советских «органов». Поэтому, думаю, Герман Михайлович так и не решился опубликовать воспоминания о тех горьких для него годах под своим именем, скрывшись под литературным псевдонимом Иван Русских[2]. Многое, надо полагать, не досказав, не удержав в памяти, поскольку его первые тайные записи, возможно, всё ещё лежат спрятанными на территории концентрационных лагерей, где ему пришлось испить бездонную чашу страданий и унижений подневольного человека. Без этих дневников, которые могли бы освежить память, сколько фактов, событий, имён безвозвратно исчезло в бездне прошедшего времени!
 
Не менее, а, возможно, более страшным для Германа Михайловича, как и для миллионов других советских людей, оказалось быть людьми «второго сорта» уже после войны, не одно десятилетие нести клеймо «предателя» из-за того, что попали к врагам в плен. Горечь от несправедливого к ним, бывшим пленным бойцам Красной Армии, к гражданским лицам, угнанным на работу в Германию и в страны-сателлиты фашистского рейха (такие, например, как Финляндия) или на оккупированные гитлеровской армией  территории (в частности, в Польшу, Норвегию), осталась в душе Германа Михайловича на всю жизнь. И горечь эту не смогли заглушить ни вручённый позже орден Отечественной войны II степени, ни многочисленные медали, а их он получил более десятка. Поэтому вполне естественно, что Герман Михайлович обращается к этой тревожившей его всю послевоенную жизнь теме в книге «Записки Ивана Русских»: «Кто я? Изменник? Трус? Но я не изменял Родине и никогда не сделаю этого […]. Я должен был драться до последнего патрона, последний оставить для себя. Воюя в обороне, конечно, можно определить, когда будет последний патрон и когда нужно стрелять в себя, чтоб не попасть в плен. А если дан приказ, во что бы то ни стало прорваться из окружения, то его нужно выполнять. Где тут оставлять последнюю пулю? Кроме того, к винтовке дан штык. Кто же посреди боя будет стреляться, когда ещё есть надежда прорваться и, значит, выполнить приказ? А застрелиться – значит раньше выйти из боя, как дезертиру подвести товарищей. Наверное, не всегда нужно думать о последней пуле, а драться, пока можешь»[3].
 
Война для Германа Матвеева, рядового 225-го отдельного сапёрного батальона, расквартированного в селе Квасово Гороховского района Волынской области, что на Западной Украине, началась 22 июня 1941 года. Повоевать молодому бойцу пришлось недолго: через несколько дней при выходе из окружения он был контужен и взят немцами в плен. Но судьба улыбнулась Герману Михайловичу, уберегла от смерти, заставив, однако, позже заплатить втридорога за счастливый дар остаться в живых. Гитлеровцы, чтобы, видимо, не отягощать себя пленными, согнали их в пустой домик и… забросали гранатами. Германа Матвеева спасло то, что его придавило грудой тел, и немцы, добивавшие раненых, не обнаружили молодого бойца. Вдвоём с красноармейцем, также чудом спасшимся от гибели, они выбрались из злополучного дома и двинулись на восток в надежде выбраться из окружения и соединиться со своими войсками.  И  судьба, только что одарившая Германа счастьем, преподнесла ему очередной (на сей раз крайне не радостный) сюрприз: 1 июля 1941 года  он столкнулся с украинскими полицаями-националистами, которые, стараясь выслужиться перед гитлеровцами, сдали его немецким солдатам[4]. Так Герман Матвеев второй раз попал в плен. И начался его долгий и горький путь по концентрационным лагерям.
 
Несколько дней Германа Михайловича продержали в лагере города Луцка, потом перебросили в Польшу, в город Холм, где он пробыл три месяца, затем последовал перевод в Германию: вначале он находился в Нойбранденбургском лагере, затем в лагере города Барт. Из Германии Германа Михайловича переправили в Финляндию, где он прошёл через два лагеря – в городе Пори и городе Пойкоярви. Затем была Норвегия  – лагерь Ставангер и лагерь в городе Гардемоен[5]. В неволе, а зарубки в его памяти и на сердце оставили тринадцать (вместе с транзитными) фашистских концлагерей, всех названий и мест дислокации которых он не запомнил, Герману Михайловичу пришлось заниматься тяжким трудом – убирать снег, разгружать уголь, бетонировать дороги на аэродромах, работать  в сельском хозяйстве, валить деревья в лесу и пилить дрова. И делать это плохо одетым, страдая от холода зимой и от гнуса в летнее время, будучи почти постоянно голодным и часто жестоко избиваемым охранниками и их предателями-прислужниками.
 
В Пори, вспоминал Герман Михайлович, «били по поводу и без повода, в основном деревянными брусками (сечением четыре на четыре сантиметра и длиной полтора метра)»[6]. Жестокостью  отличались не только охранники и конвоиры, садистами оказывались и врачи в лагерном ревире (санчасти), которым, казалось бы, по долгу своей профессии полагалось быть милосердными. Герман Михайлович приводит такой пример: «[…] немецкий врач развлекался […] тем, что вырывал «козьей ножкой» у желающих пленных здоровые зубы. При этом не делал никаких обезболивающих уколов. При этом он проявлял человечность – за каждый выдернутый зуб давал добровольцу полбулки хлеба. Некоторые пленные сами шли к нему подзаработать хлеб»[7]. Почему же они шли на такие муки? Ответ очевиден: у этих пленных, доведённых до крайнего отчаяния, срабатывала железная логика, основанная на жестоком лагерном опыте: «Ведь смерть всегда рядом, а мёртвому зубы ни к чему. Так пока жив, хоть подкрепиться лишним куском хлеба»[8].
 
Освобождённый союзниками в мае 1945 года, с июля по сентябрь 1945 года Герман Михайлович проходил на станции Суслонгер Марийской АССР госпроверку в органах контрразведки «Смерш», после чего был направлен в распоряжение командования 47-й учебно-стрелковой дивизии по первой категории[9]. До 1947 года работал грузчиком Куршинского механизированного лесного пункта  в  Тумском  районе  Рязанской  области[10].
 
Несмотря на крутые повороты судьбы, а серьёзные испытания она ему преподносила часто, молодой человек не сломался и не отчаялся. Ибо корни его были глубокими и крепкими:  Герман Михайлович принадлежал к известному на Урале роду Матвеевых – революционеров, общественных деятелей, не чуждых и литературного творчества. Многие из них писали стихи, очерки, рассказы, оставили воспоминания, а дядя – Владимир Павлович  Матвеев –  является автором книг «Золотой поезд» («Комиссар золотого поезда») и «Разгром Хлябинского совнаркома». К сожалению, и по Матвеевым прошёлся сталинский каток – немалое число их было репрессировано (даже посмертно, как, например, Павел Александрович Матвеев, именем которого была названа улица в городе Перми, которую позже, после его кончины, переименовали в улицу Революции). Был репрессирован и отец Германа Михайловича –  Михаил Павлович Матвеев, красный командир, боевой биографией которого сын очень гордился[11].
 
Герман Михайлович Матвеев родился 19 февраля 1921 года в селе Веретья Лёнвинской волости (ныне – территория города Березники Пермского края). В этом же году он был перевезён родителями в город Пермь. В 1937 году Герман окончил семь классов школы № 21 имени С. М. Кирова и поступил в Пермский строительный техникум, с лета 1937 по август 1938 года работал учеником в столярной мастерской гордеткомиссии. Осенью 1938 года поступил в Пермский нефтяной техникум, но окончить его не успел, поскольку в конце апреля 1941 года Кагановическим райвоенкоматом города Перми  был призван в Красную Армию.
 
А затем началась война… И был плен…
 
Вернувшись после страшных мытарств и многочисленных проверок на родину, Герман Михайлович восстановился в 1947 году в Пермском нефтяном техникуме, окончил его с отличием в 1948 году и был оставлен в техникуме преподавателем специальных дисциплин. В июле 1959 года перешёл в трест «Пермнефтеразведка» инженером по структурному и поисковому бурению. В 1961 году окончил Московский всесоюзный заочный политехнический институт и получил звание горного инженера. С 1966 года и до выхода на пенсию в 1981 году Герман Михайлович трудился главным инженером проекта, старшим научным сотрудником, заведующим сектором, и. о. заведующего лабораторией в Пермском филиале Всесоюзного НИИ буровой техники.
 
В эти годы Герман Михайлович опубликовал сорок работ по специальности,  получил четыре авторских свидетельств на изобретения в области бурения и выпустил две книги: первая – «Спутник буровика структурного бурения», она написана в соавторстве с В. И. Галкиным и издана в Москве в 1970 году; вторая  – «Типовые задачи по структурному бурению» – вышла в свет в столице в 1973 году.
 
Непродолжительное время, в 1983 и 1984 году, Герман Михайлович преподавал в Пермском политехническом институте, в 1985 году работал лаборантом в Пермском нефтяном техникуме.
 
Особо значима общественная и краеведческая деятельность Г. М. Матвеева, которой он всецело отдался после выхода на заслуженный отдых. Герман Михайлович не мог сидеть без дела, его неутомимая натура требовала действий. Решительных и скорых. И, главное, результативных. Так, Герман Михайлович принимал самое активное участие в создании и работе клуба добровольного общества книголюбов «Светоч», более двадцати лет возглавлял Индустриальное районное отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК), занимался разработкой программы и устава городского клуба «Пермский краевед», был его председателем. Вполне закономерным стало награждение Германа Михайловича нагрудным знаком ВООПИиК «За активную работу в обществе».
 
Герман Михайлович внёс большой вклад в сбор материалов и создание исторических музеев в Пермском нефтяном колледже, Пермском железнодорожном техникуме, Пермском медицинском училище, истории комсомола Ленинского района и истории Индустриального района города Перми, краеведческого уголка в школе № 2 города Краснокамска. Очень активно Герман Михайлович занимался лекторской деятельностью и пропагандой краеведческих знаний. По его инициативе и при его участии был подготовлен документальный сборник писем военной поры[12], издание которого расширило круг источников по истории Великой Отечественной войны 1941-1945 годов.
 
Умер Герман Михайлович Матвеев 2 апреля 2010 года. Похоронен на Северном кладбище города Перми. Личный фонд-коллекция  Г. М. Матвеева  – р-1706 – хранится в Государственном архиве Пермского края[13].
 
3, 9-10, 12 ноября 2010 г., г. Пермь.
В. С. Колбас, член Союза журналистов России
 
____________________________
 
[1] Биографические сведения о Г. М. Матвееве см.: Быстрых Т. И. Матвеев Герман Михайлович // Краеведы и краеведческие организации Перми: Биобиблиогр.  справочник. – Пермь, 2000. – С. 174–175.
 
[2]См.: Матвеев Г. М. Записки Ивана Русских. – Пермь, 2001.
 
[3]Там же. – С. 7-8.
 
[4]Там же. – С. 13-14, 17
 
[5]Из протокола допроса Г. М. Матвеева, рядового 225-го отдельного сапёрного батальона, в Тумском РО МВД Рязанской области // Годы террора: Книга памяти жертв политических репрессий. – Пермь, 2007. – Ч. 5. – Т. 1: Война глазами военнопленных.  Красноармейцы в немецком плену в 1941-1945 гг. (по рассекреченным документам советской контрразведки, хранящимся в Государственном общественно-политическом архиве Пермской области): Сб. док-тов. – С. 74. Написание географических названий дано по книге воспоминаний Г. М. Матвеева.
 
[6]Матвеев Г. М. Записки Ивана Русских. – Пермь, 2001. – С. 47.
 
[7]Там же. – С. 54.
 
[8]Там же.
 
[9]Из протокола допроса Г. М. Матвеева, рядового 225-го отдельного сапёрного батальона, в Тумском РО МВД Рязанской области // Годы террора: Книга памяти жертв политических репрессий. – Пермь, 2007. – Ч. 5. – Т. 1: Война глазами военнопленных.  Красноармейцы в немецком плену в 1941-1945 гг. (по рассекреченным документам советской контрразведки, хранящимся в Государственном общественно-политическом архиве Пермской области): Сб. док-тов. – С. 73 (сн.).
 
[10]Там же. – С. 73. Матвеев Г. М. Записки Ивана Русских. – Пермь, 2001. – С. 77.
 
[11]См.: Гладышев В. Ф. Из рода Матвеевых // Вечерняя Пермь. – 1987. – 9-12 декабря; Государственный архив Пермской области: Путеводитель. – Пермь, 2007. – Т. 3: Фонды личного происхождения. – С. 501-506.
 
[12]См.: Треугольные письма / Сост.: Т. И. Быстрых, С. С. Смородина, Г. М. Матвеев. – Пермь, 1991.
 
[13]См.: Государственный архив Пермской области: Путеводитель. – Пермь, 2007. – Т. 3: Фонды личного происхождения. – С. 501-506.
 


#4 marel1968

marel1968

    Полковник

  • Admin
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • 8 625 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Город:Санкт-Петербург

Отправлено 06 Декабрь 2018 - 01:19

АРХИВНАЯ КОЛЛЕКЦИЯ ДОКУМЕНТОВ МАТВЕЕВА ГЕРМАНА МИХАЙЛОВИЧА (1921-2010),

ПРЕПОДАВАТЕЛЯ ПЕРМСКОГО НЕФТЯНОГО ТЕХНИКУМА,

КРАЕВЕДА, УЧАСТНИКА ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ.

http://agarh.permkra...fund&fund=15741